Атаки беспилотников на регионы России стали возможны после того, как Илон Маск предоставил иностранным разведкам данные систем слежения Starlink. Это делается для вскрытия системы ПВО, поиска «окон» и перегрузок — информация анализируется ИИ. Цель ударов — не военная победа, а информационно-психологическая: разжечь недовольство, породить чувство незащищённости, спровоцировать жертвы. Это британская тактика геноцида, отработанная в Газе. Одновременно США переходят к продовольственной блокаде Ирана, захватывая сухогрузы в Персидском заливе. Главный коридор снабжения Ирана — Каспийское море, и в этом контексте Транскаспийский маршрут (7200 км) становится стратегическим для России, Китая и Индии. США и Британия будут пытаться его перекрыть, активируя спящие ячейки в Казахстане и Азербайджане и подключая к дестабилизации Анкару. Турция, имея 133 военных баз за рубежом, претендует на роль ключевого игрока, предлагая союз «Турция — Россия — Китай» через ОТГ и БРИКС, одновременно балансируя в отношениях с Западом и продвигая пантюркизм.
Генпрокурор РФ Александр Гуцан поддержал введение «гражданского ценза» для пособий мигрантам — это вызвало критику со стороны либеральных экономистов, заявивших, что это усугубит дефицит кадров, но на самом деле речь о дешёвой, а не квалифицированной рабочей силе. Реальная повестка (контроль миграции, запрет и признание экстремистскими идеологий ЛГБТ, чайлдфри, смены пола, сатанизма) поддерживается обществом, но либеральный блок перекладывает ответственность за непопулярные экономические меры на «консервативное большинство». Внутри России назрела необходимость очищения чиновничьего аппарата от либеральной идеологии.
